RSS

Хроники Дома русского зарубежья. К 25-летию со дня основания

Подписаться на новости
17.06.2020
drz.jpgВ октябре 2020 года исполняется 25 лет со дня основания Дома русского зарубежья им. А.Солженицына (ДРЗ). За эти годы руководством и сотрудниками этого уникального учреждения культуры была проделана огромная работа по выявлению, сосредоточению, изучению и популяризации наследия русской эмиграции.

Почти ежедневно, начиная с первых лет существования Библиотеки-фонда русского зарубежья (так именовалась организация с 1995 по 2009 год), в его стенах проводились интереснейшие мероприятия, посвященные истории и культуре наших соотечественников, покинувших родину после событий 1917 года и Второй мировой войны.

Сегодня трудно подсчитать, сколько научных конференций, круглых столов, вечеров, выставок, презентаций книг, встреч с яркими представителями Русского мира, концертов состоялось на площадках ДРЗ. Летом 2019 года неотъемлемой частью Дома стал открывшийся Музей русского зарубежья — квинтэссенция четвертьвековой деятельности коллектива, и теперь в новом музейном здании проходят открытия выставок, вечера и спектакли на новом уровне, соответствующем всем критериям работы современного культурно-просветительского комплекса.

В преддверии юбилея ДРЗ вспоминает о прошедших в разные годы мероприятиях, чьими участниками становились ученые, писатели, художники, лучшие представители русской диаспоры за пределами России. Ретроспективу культурной и научной жизни ДРЗ в специальной рубрике «Хроники Дома русского зарубежья. К 25-летию со дня основания» открывает интервью с другом Дома, постоянным участником научных форумов и главных событий, связанных с темой русского изгнанничества, — князем Дмитрием Михайловичем Шаховским (Париж, Франция).

dsh.jpgИнтервью с Д.М.Шаховским

Изучать историю своего Отечества не только по книгам и документам, но и по собственному генеалогическому древу, сохранять бесценные свидетельства прошлого и свидетельствовать самому — удел не многих русских историков. В их числе — доктор историко-филологических наук, заслуженный профессор французских университетов, профессор Свято-Сергиевского Православного богословского института в Париже князь Дмитрий Михайлович Шаховской. На уникальную выставку Дома русского зарубежья им. А.Солженицына «1812. Подвиг народа в памяти Зарубежной России» Дмитрий Михайлович был приглашен не только как потомок героя войны 1812 года — Ивана Леонтьевича Шаховского, но и как ученый, имеющий возможность сопрягать исторические смыслы когда-то противоборствующих держав — России и Франции.

— Дмитрий Михайлович, сегодня мы вместе осмысливаем суть и итоги войны с Наполеоном, — можно ли что-то добавить к сложившемуся в России пониманию исторического значения победы нашего Отечества?

— Я полагаю, что российской стороне политическое и историческое значение победы над наполеоновской Францией давно ясно и понятно. Однако запад, как мне кажется, победу русских по-прежнему недооценивает или не хочет оценивать должным образом. В работах западных историков очевидна тенденция к уменьшению значения российской военной кампании 1812 года, которая, по сути, освободила Европу от диктатора — Наполеона. Кроме того, российский император Александр I спас Францию как таковую от передела союзниками, — это была бы совсем другая Франция гораздо меньших размеров! Западные специалисты намеренно принижают роль русских полководцев, русской армии, говорят о «генерале Морозе», русской зиме как о решающих факторах поражения французов, потому что их это устраивает. Но ведь все страдали от погоды, от морозов — не только французы!.. Один из немногих историков, отразивших истинное значение и удельный вес России в войне 1812 года, — англичанин русского происхождения князь Доминик Ливен. Его книга «Россия против Наполеона. Битва за Европу» не так давно была опубликована в Англии и в этом, юбилейном, году — во Франции. Ливен доказал, что русский штаб серьезно готовился к войне и разработал очень разумную и тактику и стратегию… Безусловно, исторические юбилеи необходимы, и, прежде всего, — для воссоздания правдивого облика прошлого нашего Отечества. Они воспитывают молодое поколение, которое, как и все мы, должно прочувствовать, осознать значение собственной истории.

— Приходилось ли вам работать с документами из архивов эмиграции по тематике 1812 года?

— Перед юбилеем ко мне обратился российский посол во Франции с просьбой дать список потомков героев войны 1812 года. Я ответил ему, что чуть ли не каждый русский человек может оказаться потомком героя 1812 года! Тогда мы решили сузить задачу, и я составил алфавитный указатель тех, кто награжден орденом Святого Георгия Победоносца, — он реже всего выдавался. У меня был список с издания первой половины XIX века с данными о награжденных этим орденом за период 1812–1815 годов в хронологическом порядке. Я ввел его в компьютер и разбил по алфавиту. Это очень интересное и нужное занятие, и если кто-нибудь последует моему примеру и продолжит подобную работу с материалами о награжденных другими орденами, будет очень хорошо!

— Тем более, что существует огромное количество ценнейших документов из семейных, родовых архивов наших соотечественников, не введенных в научно-культурный оборот…

— Конечно! Во Франции таких документов — бездонное море! И чтобы «не утонуть» в обилии материала, нужно искать практические подходы, как в случае моей работы со списком георгиевских кавалеров.

— Парижская эмиграция, наверное, особенно остро ощущала себя наследниками победителей Наполеона?

— Тема отечественной войны всегда присутствовала в жизни парижской, французской эмиграции. Например, на свадьбах или других торжествах всегда распевали «Скажи-ка, дядя…». «Бородино» — это наша излюбленная песня, которой мы поддерживали свой национальный дух, патриотический дух. Ее с удовольствием пели у костров мальчики из русских лагерей, — на открытии выставки об этом рассказывал граф Андрей Андреевич Мусин-Пушкин. Еще пели менее известное «В шапке золота литого…». Интерес к отечественной войне 1812 года никогда не угасал. Периодически делались небольшие доклады на эту тему, публиковались статьи в русской эмигрантской прессе. Большую работу по сохранению памяти доблестных полков Императорской Гвардии проводило Гвардейское объединение, и особенно деятельно — пока были живы гвардейские офицеры. Мой отец не пропускал ни одного праздника объединения — в день Андрея Первозванного, 13 декабря (в свое время он был записан в лейб-гвардии Преображенский полк и стал под конец его последним секретарем).

— Память о событиях 1812 года для рода Шаховских — дело семейное?

— Да, и особенно в нашей семье чтили память моего прапрадеда — героя войны 1812 года Ивана Леонтьевича Шаховского. Из поколения в поколение передается такая легенда: когда Иван Леонтьевич вошел с войсками русских в Париж, его воинская часть расположилась около Вандомской колонны. Французы хотели снести колонну, но Иван Леонтьевич ее огородил и защитил (к сожалению, я не смог пока найти документального подтверждения этим рассказам, хотя в энциклопедиях и других источниках по теме 1812 года информации о моем предке-герое очень много). И неслучайно мой отец, покидая Россию в возрасте 12 лет, захватил с собой только две книги: «Наполеон» и «Книгу памяти» о войне 1812 года, изданную Экспедицией государственных бумаг в честь столетия победы. В тот, столетний, юбилей «Книга памяти» раздавалась бесплатно, передавалась в школы, а потомкам героев вручали копию медали, которой были награждены участники кампании 1812 года. От Шаховских эту медаль получил мой двоюродный дядя Константин Сергеевич Родионов, который жил всегда в России. Его брат, Николай Сергеевич, был редактором самого объемного — в 99 томах — довоенного издания полного собрания сочинений Льва Толстого.

— Сохранились ли семейные реликвии, вещи, принадлежавшие Ивану Леонтьевичу?

— Осталась его походная иконка — походный складень, которая хранится у меня. Но мы никак не можем найти его портрет кисти Тропинина, который раньше находился у моего троюродного дяди. Есть только неплохая копия, выполненная гуашью.

— Ваш старший сын, Иван Дмитриевич, говорил о том, что его назвали именно в честь Ивана Леонтьевича…

— Да, такая связь поколений… Мой сын Иван, будучи ребенком, принимал участие в праздновании одной из годовщин 1812 года на Бородинском поле. Потом в «Огоньке» поместили фотографию, где он, в матросском костюмчике, сидит рядом с Хитрово — потомком Кутузова.

— Действительно, связь поколений народа-победителя… А как, на Ваш взгляд, современные французы оценивают события 1812 года? Говорят, некий энтузиаст русской культуры перевел даже поваренную книгу графини Софьи Андреевны на французский язык — на волне «юбилейного» интереса к Толстому, «Войне и миру» и шапкам-ушанкам…

— Трудно сказать, потому что они все-таки очень мало знают историю, которая плохо преподается во французских школах. Может быть, у них и есть какое-то представление, но самое смутное…Правда, несколько лет назад во французской столице была устроена интересная выставка «Казаки в Париже», и выпущен неплохой каталог.

— То есть появились новые «русские следы» в Париже?

— Возможно. Существует даже любопытный каталог русских мест в Париже, составленный французом де Понфилли. Но, думаю, особо подчеркивать этот период им не очень приятно. Однако, все авторы французских работ по истории того периода, которые я просматривал, отдают честь пребыванию русских войск в столице Франции: русские вели себя исключительно благородно по отношению к местному населению! Они оставили очень хороший след!.. Недавно я познакомился с мемуарами француза Кирилла Королевского под названием «Книга бытия моего», изданными секретным архивом Ватикана и под блестящей редакцией монсеньора Кроче (кстати, интересная деталь, отсылающая нас к «Житиям» и православной традиции: на обложке издания название книги набрано латинскими буквами, но по-русски). Автор мемуаров, бывший долгое время секретарем архива в Ватикане, считал себя потомком казаков и всю жизнь добивался российского гражданства. Ему это не удалось, но перед кончиной он написал кардиналу Тиссерану, что в душе все равно остался русским!.. Очень любопытная иллюстрация желания приблизиться к России, знак любви к России, к ее духовным ценостям!..

— Видимо, самый яркий след русские оставляли в душах…

— Да, это была необычная война, священная война, — этого французы не поняли и вряд ли понимают до сих пор! Произошел духовный подъем русских, их протест против надругательства над отечественными святынями, когда Наполеон грабил церкви и превращал их в конюшни. Не случайно по приказу императора Александра I на обороте медали, полученной победителями в 1812 году, были выбиты слова из Библии: «…не нам, не нам, а имени Твоему…»

Если вы нашли ошибку: выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Сообщение об ошибке

Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
*
CAPTCHA Обновить код
Play CAPTCHA Audio

Версия для печати